Не чудо, мсье корреспондент, а самая обычная измена, - усмехнулся подполковник, но смотрел при этом на Фандорина.
Просто не представляю, господин волонтер, как вы станете объясняться с его высокопревосходительством.
Много б-болтаете, подполковник.
Взгляд Эраста Петровича опустился еще ниже, к верхней пуговице жандармского мундира.
Честолюбие не д-должно быть во вред делу.
Что-с?! - Смуглое лицо Казанзаки задергалось мелким тиком.
Мораль читать? Вы - мне? Однако! Я ведь о вас, господин вундеркинд, успел кое-какие справочки навести.
По роду службы-с.
Физиогномия у вас получается не больно нравственная.
